“Народная история Чикаго” в стихах. Обзор книги

“Народная история Чикаго” в стихах. Обзор книги

Поэзия – это то, кто мы есть. Это сладкая музыка, которая наполняет воздух вокруг нас и заставляет нас улыбаться, плакать или удивляться.

Что может быть лучше, чем прочитать об истинной истории нашего города в книге, наполненной поэзией, рассказывающей истории наших героев со всем гневом и эмоциями, которые нужно почувствовать, чтобы по-настоящему их понять.

Кевин Коваль (Kevin Coval), поэт и профессор Иллинойского университета в Чикаго, недавно опубликовал книгу под названием “Народная история Чикаго” (A People’s History of Chicago). Произведение написано в духе великолепной книги историка Говарда Зинна (Howard Zinn), в которой основное внимание уделяется героям из народа и их стараниям и сложностям, а не президентам и генералам, о которых мы читаем в учебниках.

Через страницы своих колких ритмичных стихов Коваль рассерженно говорит с нами о несправедливости, нанесенной нашим бедным братьям и сестрам, и о возмутительных событиях, которые формировали наш город.

“Чикаго – город Гвендолин Брукс и Чиф Кифа, Аль Капоне и Ричарда Райта, Люси Парсонс и Нельсона Альгрина, Гарольда Вашингтона и Стадса Теркела. Это город Фреда Хэмптона, хаус музыки и жертв Митинга на Хеймаркет. Продолжая традицию Говарда Цинна, “Народная история Чикаго” Кевина Коваля повествует историю этого великого американского города с точки зрения тех, кто находится на обочине и чьи истории часто остаются нерассказанными. Эти стихи отдают честь повседневной жизни и стойкому сопротивлению рабочих города, бедняков и цветных жителей, чьи культурные и политические революции продолжают формировать социальный ландшафт”.

Я помню, когда я работал журналистом в России, русские сказали мне, что 1 мая, День Международной Солидарности трудящихся, пришел из Чикаго. Они сказали мне, что благодаря Чикаго мы все работаем по восемь часов в день. Я даже не догадывался об этом. Как русские могли знать больше о моем городе, чем я?

Вот почему нам нужно читать такие книги, как эта, рассказывающие историю наших людей, которые боролись за построение лучшего общества.

Стихотворение Коваля об Альберте Парсонсе, одном из организаторов бунта на Хеймаркет, возглавлявшем борьбу за 8-часовой рабочий день, особенно увлекательно. В нем идет речь о важности радикальных революционеров, которые боролись за достоинство рабочих промышленного города – “Стремление к хлебу или крови. Лидер поднимающегося рабочего класса. Мишень, на которую охотятся бароны. Предвестник для торгового короля Маршала Филда”.

Стихотворение “Белый город” (The white City) выказывает иное отношение к одной из звезд на флаге Чикаго, посвященной Всемирной выставке 1893 года (1893 Chicago World’s Fair), которую город гордо демонстрирует миру. Я должен признать, что даже меня увлекали картины классических имперских белых зданий и каналов, построенных, чтобы подчеркнуть возрождение города после пожара 1870 года. Но вот как об этом говорит Коваль: “Всемирная ярмарка превратила болото в утопическую ложь, классическую архитектуру – в показной кивок в сторону старой империи. Заставила поэта стали Луиса Салливана оплакивать здания, которыми бизнесмены желали похвастаться. Все только блеск и фасад. Все фронты. Белый город, чтобы отвлечь, стереть Черный город дыма и неба, сажи и упорного труда”.

Стихотворение “Истлендская катастрофа 24 июля 1915 года” (The Eastland Disaster July 24, 1915) воскрешает события наибольшей трагедии, постигшей наш молодой город – пассажирское судно Истленд (Eastland) перевернулось, и 844 человека погибли прямо на реке Чикаго между улицами Кларк (Clark str.) и Ласаль (LaSalle str.). Лучший поэт нашего города Карл Сэндберг (Carl Sandburg) писал: “Мрачный промышленный феодализм стоит с красными от крови руками за крушением “Истленда”. А Коваль отметил: “У судна были проблемы раньше, но никому до этого не было дела. Оно было слишком тяжелым, как экономика и спесь пресыщенных хозяев города”.

Как преподаватель, я говорю своим ученикам, что поэзия – это один из самых ценных даров, которым мы обладаем. Я говорю им, что стихи – это весело, это праздник жизни, дневник нашей жизни и все прекрасное в окружающем нас мире. Учителя любят преподавать поэзию, а ученики любят писать стихи.

В этой книге звучит радость поэзии. Я помню, как учил своих учеников четвертого класса о том, насколько важны знаки препинания, и как игра слов в стихотворении делает его сладкой музыкой для нашего слуха. Мне особенно понравилось стихотворение “Хью Хефнер, плейбой” (Hugh Hefner, a Play Boy) – “капитан индустрии сексуальных домогательств, продающий мечту, новый стандарт, только нажми “Играть”, мальчик. Вечеринки, подмигивание, дом-клуб, друг Косби, Метаквалон, раскрытые бедра. Это охота, мальчик. Спавшая мужественность, пластическая хирургия, евроцентричное нестарение, ретушь – это его фантазия, игра, мальчик”.

Стихотворения в книге изложены в хронологическом порядке. Повествование начинается с того, каким был Чикаго до 1492 года. “Шикааква” (Shikaakwa) – “Море высокой травы и небо, столь тихое, что можно услышать свои мысли”. Описывает мэров Гарольда (Harold Washington), Ричарда (Richard M. Daley) и Джейн (Jane Byrne) и доходит до мэра Рама (Rahm Emanuel) в вечер, когда Чикаго Кабс (Chicago Cubs) стали победителями Мировой серии (World Series) – “мэр продолжает выскакивать на камеру, улыбаясь, как осел. Владелец клуба держит трофей и выписывает чеки на кампании фашистов в тумане от брызгов шампанского … синий флаг, победно развивающийся, обозначает белизну и жизни полицейских”.

Эта книга берется за амбициозную тему, вдохновленную классическим альтернативным учебником Говарда Зинна “Народная история Соединенных Штатов” (A People’s History of the United States). Но это не такая же книга. Вы не узнаете много о людях или событиях, о которых ранее мы никогда не слышали. Вы можете о них узнать, прогуливаясь по залам в колледже Гарри Трумэна (Truman City College), и увидеть множество удивительных вещей, созданных работниками-иммигрантами и афроамериканцами, о которых мы ничего не знаем. Эта же книга намного меньше. Эта книга наполнена динамичной поэзией о некоторых моментах в истории нашего города, которые, в духе Цинна, представлены с незнакомой нам точки зрения.

Стихотворение “Отец – черный человек” (The Father is a Black Man), о Жане-Батисте Пойнт-дю-Собле (Jean Baptiste Point Du Sable), основателе Чикаго, первом переселенце, который поселился тут и был “в ладах с коренным населением”. В начале своего стихотворения Коваль указывает, что в Чикаго нет ни одной улицы, названной в честь черного человека, основавшего город. А в честь Джона Кинзи (John Kinzie), белого человека, который пришел после Дю-Собле, названы мост, улица и здание в городе.

Расизм обличается в книге громко и ясно.

Я также узнал что-то новое из стихотворения “Диско Разрушение 12 июля 1979 года” (Disco Demolition, July 12, 1979). Стихотворение рассказывает о том, что безумные фанаты Чикаго Уайт Сокс (Chicago White Sox) бросились на поле после того, как DJ Стив Даль (Steve Dahl) взорвал виниловые пластинки с диско музыкой. Я помню, как я смотрел это по телевизору и не верил своим глазам – игра была отменена, дым поднимался вверх и сотни людей разрывали Comisky Park. Оказывается, это было весьма расистское событие. Коваль цитирует Дэйва Марша из журнала Rolling Stone: “Белые мужчины… видят диско музыку как продукт для гомосексуалистов, чернокожих и латиноамериканцев, и поэтому они, скорее всего, будут реагировать на призывы уничтожить такую угрозу для своей безопасности”. Коваль заключает: “Чикаго сотрет диско музыку в порошок железными мельницами, пропустит ее через электрические розетки, пока та не покроется копотью. Пока существует Хаус музыка и движет тело. Пока технологии не вытеснят белых диск-жокеев. Превратят их в устаревшие, старые машины, танцующие в своих могилах”.

Я вырос в северной части Чикаго и хорошо помню события, которые описывает Коваль. “Мэр Бирн въезжает и съезжает из Cabrine Green” (Mayor Byrne Moves Into & Out of Cabrine Green), “Убийство Руди Лозано” (The Assassination of Rudy Lozano), “День, когда умер Гарольд” (The Day Harold Died) – он был Бараком Обамой до Барака Обамы, “Мораторий на смертную казнь” (A Moratorium on the Death Penalty), “Dia de las madres” (голодовка матерей с требованием построить новую среднюю школу в Southwest Side) и “Сидячая забастовка рабочих компании Republic Windows and Doors” (Republic Windows Workers Sit In) – “рабочие не уйдут, за шесть дней капитализм получил под зад”.

Мне понравилось, как Коваль освещает историческую инаугурацию нашего первого чернокожего президента Барака Обамы – “Пышная церемония из центра города, проецируемая на планету, защищенная оружием и полицией. Чикагский трансплант отразил мечты отцов-основателей, а не их пленников или рабочих. Толпа кричала и пела “Да, мы можем”.

Мне также очень понравилось его стихотворение о Чикагской учительской забастовке 10 сентября 2012 года, памятник всем профсоюзным баталиям, в которых сражались кровью, потом и слезами: “Учителя идут по Чикаго. Красный цвет на улицах, постоянно. Это союзный город, в конце концов, “Самый радикальный из американских городов” – сказал бы Нельсон Алгрен.

“Два города празднуют День независимости” (Two Cities Celebrate Independence Day) подводит итог тому, что есть Чикаго. Северная часть (Northside) празднует, “озаряя небо огнем над могучим Мичиганом”, “хвастаясь пентхаусами”, где “праздник каждый день”. Когда в южной же части (Southside) празднуют, “динамит отстукивает реквием и фейерверки хлопают для тех, кто не дойдет”, когда “маленькие армии переполнят город… свиста, бутылок, бомб, войны каждого дня, начинающейся каждую ночь”.

Белый Город

1е мая,1893г.

Кевин Коваль, поэт и профессор, чью новую книгу «Народная история Чикаго»  мы рассматриваем на этой неделе, написал очень стоящее стихотворение о белом городе, который был построен в честь Всемирной выставки в 1893 году, и представляет собой одну звезду на флаге Чикаго. Его версия о том, как городская элита  хочет стереть истинного черного либерала Hog Butcher (Хог Бутчер) в мир и  город рабочего класса, Чикаго. Как и сегодня.

the worlds’s fair turned the swamp

utopian lie. classical architecture

a garish nod to old ass empire,

made the poet of steel, Louis Sullivan,

mourn the buildings businessmen

desired to show off. all bluster

& fascade. all fronts. the white city

meant to distract, erase the Black

city of smoke &sky, grime & grind.

faces that gutted the land, made it run,

banned, pushed to the side. the face

the city presented to tourists, miles

of magnificence millionaires wanted

out-of-towners to whisper about

on the train trip home. a museum

prison Houdini tried escaping.

fraudulent city of the future built

from scratch, from scraps, hidden

the hands that scraped. Beneath

the veneer lurked murder. silent

terror behind white construction.

 

Джим Вейл (Jim Vail)

Перевод Дмитрий Терзинов, Яна Подлесная

Chicago News

Chicago News

We are a creative team of Chicago newsmakers. Besides news, we are fond of lots of things, most of them you’ll find on our pages. We have something to tell you… And we will.



Related Articles

‘The Final Day’: ужасы ядерной войны… в реальности

Я помню, как смотрел поздней ночью культовые фильмы о какой-нибудь мухе-мутанте, терроризирующей целый город. Это было довольно страшно, особенно, когда

И снова Штирлиц…

Популярный писатель Юлиан Семенов, как правило, не нуждается в особом представлении для русскоязычного читателя. Он по-настоящему культовый автор, создавший особый

Книга “Trump Unveiled” раскрывает правду о миллионере, избранном президентом

Кандидатов в президенты Соединенных Штатов Америки однажды сравнили с конкурсантами шоу American Idol. В этом шоу участники пытаются рассмешить аудиторию

Подписаться

И получайте каждый новый пост первыми!

Введите свой e-mail: